Пелевин о философии. Очень смешно ))

Виктор Пелевин
МАКЕДОНСКАЯ КРИТИКА ФРАНЦУЗСКОЙ МЫСЛИ

...
...Бросается в глаза, что особое раздражение Кики во всех случаях вызывает Жан Бодрияр, часто называемый «Бодриякром» – по аналогии с термином «симулякр» (которым Кика чудовищно злоупотребляет в «Македонской критике», оговариваясь, правда, следующим образом: «Читатель понимает, что слово «симулякр», как его употребляю я, есть всего лишь симулякр бодрияровского термина «симулякр»). Раздражение легко объяснить – именно Бодрияр стоял у истоков открытия, которое сделало Кику преступником, но, как он полагал, поставило далеко впереди всех современных мыслителей.

Ненависть Нафикова к Бодрияру – это интеллектуальный эдипов комплекс. Он проявляется в желании уничтожить идейного предшественника, магически перенеся на него судьбу отца, испытавшего на себе всю мощь македонской критики. Дерриде с Соссюром пришлось отдуваться просто за компанию. Но здесь от смешного мы начинаем переходить к страшному.

Расколошматив своих идейных наставников из двух стволов, Кика задумчиво вопрошает: почему вообще существует французская философия? Его ответ таков – это интеллектуальная погремушка, оплачиваемая транснациональным капиталом исключительно для того, чтобы отвлечь внимание элиты человечества от страшного и позорного секрета цивилизации.

Кика полагал, что был первым, кто увидел этот секрет во всей его жуткой простоте. Зародыш, из которого родилась его мания, мирно дремал в книге Бодрияра «Символический обмен и смерть». Мы приведем эти роковые слова чуть позже: чтобы понять реакцию, которую они вызвали в Кике, надо представить себе гремучую смесь, находившуюся в его сознании к этому моменту. Сделать это несложно – в «Македонской критике» он уделяет воспоминаниям много места, предвкушая, видимо, внимание историков.

Начинает он с рассказа о том, какую роль сыграла в его жизни нефть. Еще мальчиком он понял, насколько от нее зависит благосостояние семьи, – и отреагировал по-детски непосредственно. На стене кабинета Нафикова-старшего долгие годы висел рисунок сынишки: некто зловещего вида, похожий не то на Синюю Бороду, не то на Карабаса-Барабаса, держит над запрокинутым лицом круглый сосуд с контурами материков, из которого в рот ему льется тонкая черная струйка. Снизу разноцветными шатающимися буквами было написано: «ПАПА ПЬЕТ КРОВЬ ЗЕМЛИ». Рядом висел другой интересный рисунок – сделанный из замерзшей нефти снеговик с головой Ленина (из-за того, что усы и борода Ильича были нарисованы белым по черному, снеговик больше походил на Кофи Аннана). Под снеговиком был стишок, написанный мамой:

Что за черный капитал
Все собою пропитал?
Он смешную кепку носит,
Букву «Р» не произносит!

Став постарше, Кика набросился на книги. Из многочисленных детских энциклопедий, которые покупал отец, выяснилось, что нефть – это не кровь земли, как он наивно полагал, а что-то вроде горючего перегноя, который образовался из живых организмов, в глубокой древности населявших планету. Он был потрясен, узнав, что динозавры, которых, как кажется, может воскресить только компьютерная анимация, не исчезли без следа, а существуют и в наше время – в виде густой и пахучей черной жидкости, которую добывает из-под земли его отец. Когда его впервые посетила эта мысль, он спросил отца: «Папа, а сколько динозавров съедает в час наша машина?» Эти слова, показавшиеся отцу ребячьим бредом, имели, как мы видим, достаточно серьезную подоплеку.

Естественно, маленького Кику интересовала не только нефть. Как и другие дети, он задавался великими вопросами, на которые не знает ответа никто из взрослых. Отец отвечал как мог, со стыдом чувствуя, что ничего не понимает про мир, в котором зарабатывает такие огромные деньги, – словом, все было как в обычной семье. Однажды Кика спросил, куда деваются люди после смерти.

Это случилось в промежутке между двумя загранпоездками; Кика временно ходил в казанский садик, где сидел на горшке рядом с внуком идеологического секретаря национальной компартии. Нафиков-старший, взобравшийся на вершину жизненного Олимпа искл


Опубликовано: 7 Апрель 2010
Раздел: Философия

7 ответов в теме “Пелевин о философии. Очень смешно ))”

  1. 1
    Игорь Самородов ответил:

    ….Он по-быстрому строит всех французских мыслителей в две шеренги, применяя принцип, который без ложной скромности называет «Бритва Нафикова».

    В первую шеренгу попадают те, кто занят анализом слов; их Кика называет «лингвистическими философами». По его мысли, они похожи на эксгибиционистов, так глубоко нырнувших в свой порок, что им удалось извратить даже само извращение: «Дождавшись одинокого читателя, они распахивают перед ним свои одежды, но вместо срама, обещанного похотливым блеском их глаз, мы видим лишь маечку с вышитым словом «х-й».

    Во вторую шеренгу попадают «нелингвистические философы», то есть те, кто пытается заниматься чем-то еще, кроме анализа слов. Чтобы приведенная аналогия распространялась и на них, пишет Кика, достаточно представить, что «наш эксгибиционист является переодетой женщиной – и не просто женщиной, а девственницей, так и не научившейся прятать под непристойным словом на упругой груди свою веру в то, что детей находят в капусте».

    Такая рельефная образность могла бы сделать честь нашему антигерою, если бы не информация Зизи Мердашвили, что Кику по этому вопросу консультировал другой парижский профессор, называть которого мы не будем по той же причине, что и первого: вряд ли кто-то захочет признать, что питал извращенный ум маньяка концепциями и силлогизмами. Намекнем, однако, что во втором случае речь идет о философе, которого позиционируют как символ всепобеждающего интеллекта на духовном горизонте француженки старше тридцати пяти, ведущей активную половую жизнь.

    Трудно сказать, что именно Кика заимствовал у других, а до чего дошел сам. Но одну мысль из посвященной «концептуальному языкоблудию» части можно смело приписать лично ему безо всякого риска ошибиться. Вот она:

    «Французы напрасно думают, что это они изобрели «деконструкцию». Еще мальчиком в Казани я знал, что это такое, как знало до меня несколько поколений казанской урлы. Деррида просто перевел на французский татарское слово «разборка», и все. Но если лингвистическая школа попробует вякнуть, что все сводится к словам, я скажу… Я скажу… Не дождетесь, чтобы Кика начал разборку. Кика лучше сделает деконструкцию. Он молча укажет пальцем на вашу маечку, забудет про вас навсегда и пойдет в каморку к Уриму и Туммиму на косячок амстердамской призовой». (В одном из вариантов «Македонской критики» вместо «разборка» стоит «перестройка».)…

  2. 2
    Александр Пинкин ответил:

    …Кика полагал себя мыслителем, намного превзошедшим своих французских учителей. Это видно уже из названий его первых сочинений: “Где облажался Бодрияр”, “Деррида из пруда”, и тому подобное. Сказать что-нибудь по поводу этих текстов трудно – неподготовленному человеку они так же малопонятны, как и разбираемые в них сочинения великих французов. Отзывы же людей подготовленных туманны и многословны; напрашивается вывод, что без сорбоннского профессора с его инъекцией священного огня невозможно не только понять что-нибудь в сочинениях Нафикова, но даже и оценить их профессиональный уровень. “Гениальный недоумок”, “звездное убожество” и прочие уклончивые эпитеты, которыми Нафикова награждали привлеченные Интерполом эксперты, не только не помогли следствию, а наоборот, совершенно его запутали, создав ощущение, что современные философы

    ВНИМАНИЕ!

    - это подобие международной банды цыган-конокрадов, которые при любой возможности с гиканьем угоняют в темноту последние остатки простоты и здравого смысла.

  3. 3
    Игорь Самородов ответил:

    концовка глубокомысленная

  4. 4
    Alexey Kuznetsov ответил:

    Все мысли направленны на реальность – на то, как оно есть. И, естественно, по представлению Кикы. Тобишь – нет полезного действия.
    Осмысление – то, как оно есть, – даёт возможность понять то, как оно должно быть.

    Я не в теме – кто такой Кика, – но, мой вывод о прочитанном – выше.

  5. 5
    Игорь Самородов ответил:

    Виктор Пелевин
    МАКЕДОНСКАЯ КРИТИКА ФРАНЦУЗСКОЙ МЫСЛИ

    небольшой рассказ. в интернете легко найти

  6. 6
    Игорь Самородов ответил:

    ….
    Философия — темный для непосвященного предмет, поэтому мы говорим не о
    сутиего нападок.Дело винтонации,котораякаждыйразвыдаетегос
    головой,– как, например,в пассаже, которым кончается "Македонская критика
    французской мысли":

    "Взнаменитых французских комедиях — "Высокомблондине",
    "Великолепном", "Такси-2"и других — встречается следующая тема: немолодой
    и явноне спортивныйчеловек кривляется перед зеркалом или другими людьми,
    смешнопародируя приемыкунг-фу, причем самое уморительноевтом, что он
    явно неумеетправильностоятьнаногах,нотемнеменееимитирует
    запредельнопродвинутый,почтимистическийуровеньмастерства,какбы
    намечая удары по нервным центрам и вроде бы выполняя энергетические пассы, и
    вотэтавысшая итайнаятехника, которуюможетоценитьтолькодругой
    достигший совершенства мастер, и то разве что во время смертельного поединка
    где-нибудь в Гималаях,вдругоказываетсяизображена перед камерой с таким
    самозабвенным всхлипом,чтовспоминаетсяполнаянеобязательность для
    истинного мастера чего бы то нибыло, в том числе и умения правильно стоять
    на ногах; отвислое брюшко начинает казаться вместилищем всей мировой энергии
    ци,волосатые худенькие ручки– каналами,по которым, если надо,хлынет
    сверхъестественная мощь,и сознание несколько секунд балансирует напороге
    того,чтобы поверить в эту буффонаду.Именновозможностьзадаться, пусть
    только на миг, вопросом: "А вдруг правда?!" и делает происходящее наэкране
    так невыразимо смешным.
    Скромное обаяние современной французской мысли основано, в сущности, на
    том же самом эффекте".

  7. 7
    Игорь Самородов ответил:


    Вряд ли разумно объяснятьдействия Кики и сексуальными проблемами. Эта
    точказренияопирается главнымобразомнато,чтоКиказаменяетвсе
    непристойные термины сокращениями с прочерком — по мысли некоторых склонных
    к психоанализу авторов, это отражает его половуюнесостоятельность. Но Кика
    проделываетту же операцию исословом"Б-г",беря примерсеврейских
    священныхтекстов. Чемэтовызвано–стремлением кособоизощренному
    богохульствуили простыморигинальничаньем,–сказатьсложно,ивопрос
    остается открытым. Вот как,например, выглядит пассаж, посвященный писателю
    Мишелю Уэльбеку, которого Кика причислил к ведомству современной французской
    мысли:

    "Уэльбек, этот живой французскийум, обращает былосвойвзор к тайне
    мира, но уже через абзац или двасрывается ибарахтается — надо полагать,
    не безудовольствия — в очередной слепленнойиз букв п-де. Впрочем,не в
    нейлиглавнаятайна мираиглавныйего соблазн?Так спросилбы юный
    Бодрияр.На что Дерридазаметилбы,чтоп-да их-й,которыевместе с
    популярнымизложениемосновквантовой механикизанимаютвтворчестве
    Уэльбекацентральноеместо, естьненастоящие репродуктивныеорганы,а
    скорее,ихпотемкинскиесимулякры на "холодном ибледном"(Сартр)теле
    французского языка.А я, Кика,добавилбы вотчто: в отличие от авторов,
    которые работают посправочникам и энциклопедиям,мне дваили трираза в
    жизни действительно доводилось стоять лицом к лицу с п-дой, глядя прямо в ее
    тусклый немигающийглаз, поэтомуэротическиепериоды Уэльбека кажутся мне
    нескольконадуманными, умственными,показывающими блестящее знание теории,
    но обнажающими досаднуюнехватку практического опыта. Впрочем, Б-г с ним. Я
    нестануупрекать его в том, что он эксплуатируетсексуальнуюфрустрацию
    французскогообывателя.Но не потому, чтонахожу главную ноту его романов
    безжачостноточной,апотому,чтонет слов,какими ямог бы выразить,
    насколько мне по х-ю французский обыватель".

Ответить